ОТЧЕТ

об опросе участников 6-й Всероссийской конференции RELARN'99

Шестая Всероссийская конференция Ассоциации научных и учебных организаций-пользователей сетей передачи данных "RELARN" проходила 1-6 июля 1999 г. на борту теплохода "Максим Горький"; пленарные заседания проходили также в городах Самаре и в Саратове. В рамках многолетнего сотрудничества с Ассоциацией RELARN группой сотрудников ф-та психологии МГУ им. М.В.Ломоносова (www.vygotsky.ru, www.ripn.net/relarn/human/) был осуществлен опрос участников конференции. Краткие результаты опроса представлены ниже.

Было получено и обработано 38 заполненных анкет, что составляет несколько более четвертой части распространенных среди участников конференции анкет. Среди респондентов 10 женщин и 26 мужчин; пол двоих респондентов неизвестен.

Географический охват респондентов следующий: 18 москвичей, по 3 человека из Омска и из Тольятти, по 2 из Нижнего Новгорода, Самары и Саратова, по 1 респонденту из Волгограда, Иркутска, Краснодара, Ростова-на-Дону, Пензы, Челябинска, Переславля-Залесского и Фрязино Моск. обл.

Возраст респондентов - от 22 до 70 лет: 10 человек от 22 до 30 лет, 12 - от 31 до 40 лет, 8 - от 41 до 50 лет и 8 человек старше 50 лет.

Опыт (стаж) работы респондентов в компьютерных сетях весьма различен - как указано самими респондентами, диапазон составляет от полугода до 20 лет. При этом половина респондентов - 19 человек - пользуются сетями в течение 5-7 лет, 8 человек - менее 5 лет, 7 человек - в течение 8-10 лет, 4 человека - 15 лет и более.

По ведущему роду деятельности респонденты могут быть распределены следующим образом: 12 человек связаны с образованием (школа, лицей, университет); 5 занимаются наукой; 5 менеджеров (руководителей государственных и негосударственных организаций); 5 администраторов и координаторов сетевых проектов; 5 человек заняты компьютерными технологиями, программным обеспечением, системной интеграцией, разработкой и сопровождением информационных систем; 4 респондента указали, что их область деятельности - телекоммуникации и электросвязь; 2 респондента представляют аппарат управления (местный и центральный). Следует отдавать себе отчет в том, что приведенная классификация несколько условна, ибо ряд респондентов в соответствии с реальностями сегодняшнего дня занимаются сразу несколькими видами деятельности.

Содержательные вопросы относились к выяснению взглядов респондентов на социальные перспективы развития Интернета в России, в том числе - какие именно содержательные направления получат в нем наиболее интенсивное развитие и каких информационных ресурсов в наибольшей степени недостает российскому Интернету. Кроме того, респондентов просили оценить перспективность работы в сетях психологов и отметить наиболее перспективные, на взгляд респондентов, направления такой работы. Содержательные вопросы были сформулированы как открытые, т.е. не было заранее задано меню возможных ответов, из которых респондентам предлагалось бы выбрать (отметить) наиболее подходящий.

На вопрос о социальных перспективах развития Интернета ответили 35 респондентов. Мнения разделились. Эти перспективы весьма оптимистично (5 респондентов) названы "самыми радужными" и "огромнейшими", поскольку "Интернет будет так же необходим, как телефон и телевизор" - с добавлением "если не произойдет отката к советской системе". Другими респондентами (5 человек) перспективы умеренно-оптимистично отмечены как "скорее всего положительные", "оптимистичные с темпами, определяемыми экономической ситуацией" и "достаточно оптимистичные"; сюда же могут быть отнесены ответы типа "Интернет будет достаточно активно развиваться" или "думаю, что перспективы есть". Менее оптимистичная точка зрения обоснована тремя респондентами: "пока наш российский бизнес не будет хотя бы на 50% зависим жизненно от информационных технологий, прогресс будет очень слабым"; что касается перспектив, то они "ограниченные; слишком невелик процент населения, имеющий к нему доступ. Можно говорить о влиянии Internet - безусловно положительном - лишь в крупных городах"; эти же перспективы "в крупных населенных пунктах (или "богатых") сравнительно высокие, в остальных - низкие. Активное потребление ресурсов (как и создание) возможно лишь в обществе, где нет столь сильного расслоения по доходам". Наконец, четверо респондентов предпочли ответить дипломатично: либо написать "все еще впереди", либо назвать перспективы развития Интернета "очевидными!", "многообещающими" и "такими, как во всех остальных странах".

Существенно, что 18 респондентов при ответе на данный вопрос не проинформировали о степени своего оптимизма/пессимизма/дипломатичности, а назвали те социальные перспективы развития Интернета в России, которые им представляются наиболее значимыми. Отмечены такие перспективы, как:

Среди социальных перспектив развития Интернета 8 респондентов назвали расширение возможностей общения, передачи и получения информации, повышение информированности субъекта, организаций и общества в целом: "общение без границ", "информатизация общества", "увеличение информационного обмена", "дополнительное средство общения и получения информации", "большая информированность населения", "расширение контактов между людьми и организациями", "формирование информационной культуры", "возможность излагать свои взгляды, вести активные контакты.

С развитием общения и информированности респонденты связывают расширение степеней свободы человека: "свободы доступа к информации" и "свободы выбора информации"; с понятием свободы закономерно связывается представление об ответственности: "Все больше и больше людей познают не только технологию сети, но и ее философию. А это не только свобода, но и ответственность". Еще одной значимой социальной перспективой развития Интернета признается "способность преодолеть "авторитарность" управленческих структур при принятии важных решений любого рода". Не забыто респондентами и расширение возможностей психологической самопрезентации: применение Интернета как "средства самовыражения".

Таким образом, среди названных респондентами наиболее значимых социальных перспектив - достаточно оптимистические представления об экономических, организационных, культурологических, образовательных и психологических инновациях, связанных с развитием Интернета в России: сопровождающих это развитие или способствующих развитию.

На вопрос о том, какие содержательные направления будут, по мнению респондентов, наиболее интенсивно развиваться в российском Интернете, перечислены следующие фундаментальные и прикладные области:

Следует заметить, что приоритет отдается образовательным (17 респондентов) и общекультурным (7 респондентов) направлениям развития Интернета.

С рассмотренным выше информационным блоком достаточно тесно связан вопрос о том, каких именно информационных ресурсов в наибольшей степени недостает российскому Интернету. Подавляющее большинство респондентов признают наибольшую нужду в образовательных, библиотечных (во всех областях знания, включая фактографические источники, электронные архивы и доступ к международным банкам данных, особенно полнотекстовым) и информационно-справочных ресурсах. Наряду с этим, несколько меньшим числом респондентов отмечается необходимость в общекультурных, а также экономических ресурсах (в частности, "коммерческой информации, структурированной по регионам и отраслям"), в электронных изданиях (напр., научных, методических и т.п. журналах). Значительное внимание уделяется проблеме повышения качества представленной в Интернете информации (как уже имеющейся, так разрабатываемой), особенно научной и образовательной: "недостает качества по любому направлению". Одним из респондентов, правда, высказано мнение, согласно которому российскому Интернету недостает прежде всего "хороших каналов связи, остальное приложится".

Нетрудно заметить, что рассмотренные ответы на блок из двух вопросов не противоречат друг другу (если пренебречь не вполне обоснованным мнением, что при усовершенствовании каналов связи содержательное наполнение "приложится"). Данное обстоятельство подтверждает, что респондентами высказаны действительно обдуманные и "наболевшие" мнения, к которым весьма полезно прислушаться при планировании деятельности, связанной с разработкой, поддержкой, развитием и совершенствованием проектов по информационному наполнению российского сегмента Интернета.

Возможность присутствия и работы психологов в Интернете признали перспективной 27 респондентов (71%), отрицают эту перспективу 6 человек (16%), один респондент признал ее "частично" перспективной, еще один - "возможно" перспективной, двое респондентов ответили "не знаю", один респондент нашел вопрос "некорректно сформулированным". Конкретными направлениями перспективной работы в этой области прикладной психологии были названы (сохранены формулировки, данные респондентами, проведено лишь минимальное стилистическое редактирование):

Как легко видеть, направления реальной работы, признаваемой полезной респондентами, достаточно разнообразны - они включают и теоретическую, и методическую, и экспериментальную либо эмпирическую, и практическую работу, причем последняя включает, с одной стороны, диагностическую, консультативную и тренинговую работу, а с другой стороны, рекомендации разработчикам или прямую разработку интерфейсов. Кроме того, предлагается организация оперативной работы психологов в сети (возможно, сети RELARN): некоторый сетевой аналог службы доверия.

Небезынтересно сравнить приведенные выше мнения респондентов на перспективность и конкретные направления психологической работы в компьютерных сетях с материалами опроса, проведенного тем же коллективом авторов в 1992 г. (опубликовано в журнале "Проблемы информатизации", вып. 4, 1992, с. 45-49). Опрос был проведен среди пользователей Релкома посредством помещения вопросов в некоторых телеконференциях и получения ответов по электронной почте. Количество респондентов составляло 170 человек. Если отвлечься от тех возможных направлений работы, которые имеют отношение непосредственно к сети Релком, то в 1992 г. респондентами были следующим образом проранжированы перспективные направления деятельности психологов: проведение психологических исследований - 48%, в том числе проведение опросов - 73%; участие в рекламно-маркетинговой деятельности и продвижении сетевых услуг - 59%; осуществление психологической экспертизы интерфейсов - 48%, инструкций и учебных пособий для пользователей - 44%; психологическое консультирование пользователей - 34%, посредничество в предупреждении и сглаживании конфликтов - 36%; участие в обучении новичков - 40%; модерирование специальной телеконференции - 31%.

Простое сравнение показывает, что потребность в психологической работе, связанной с сетевой деятельностью человека, выросла: в 1992 г. полезность ее признавали 45% опрошенных (правда, только 4% отрицали такую полезность, а 37% затруднились с ответом и 14% посчитали ее делом будущего), а в 1999 г. - 71% респондентов (участников конференции RELARN). Как и следовало ожидать, акценты оказались смещенными. Так, несколько утратили актуальность, если судить по мнениям, высказанным участниками конференции RELARN, содействие психологов в подготовке новых пользователей и в экспертизе учебных пособий, в рекламной и маркетинговой деятельности; в новых условиях (доступ к Интернету, а не только к электронной почте и спискам рассылки) отошли на второй план телеконференции. При этом исследовательская и консультативная деятельность психологов далеко не утратили, судя по мнению респондентов, актуальность: были предложены не только более развернутые формулировки направлений работы, но и принципиально новые проблемы (например, компьютерная наркомания, онлайновая служба доверия, специфика применения Интернета детьми, дистанционное тестирование и др.).

Развитие и применение Интернета в период между 1992 г. и 1999 г. претерпело резкий качественный рост; количественные изменения также не требуют комментариев. Причем это справедливо не только для России, отстававшей от развитых стран в темпах развития Интернета в 1992 г. и продолжающей отставать в 1999 г. Это справедливо и для наиболее развитых в плане применения Интернета стран. Из проведенного сравнения может быть сделан вывод, что развитие Интернета в нашей стране, как и во всем мире, актуализирует необходимость в исследовательской и прикладной работе психологов; возможные направления такой работы во многом сохраняют актуальность, хотя конкретная тематика работы неизбежно смещается ввиду смены "горячих" проблем.

Опрос проводили А.Е.Войскунский, Л.Н.Бабанин, в составлении анкеты принимала участие О.Н.Арестова

Июль 99